Митаревский раздал сухари женщинам в захваченных экипажах

Митаревский достал из шинели солдатский сухарь и показал женщине в карете. Не ожидал, что она возьмёт его. Она почти выхватила сухарь и стала есть.

Артиллеристы остановились у корчмы: впереди чинили мост через небольшую речку. Рядом стоял захваченный французский обоз — по оценке Митаревского, около сотни карет, колясок, бричек и других экипажей. Дверцы многих были открыты, солдаты и офицеры заглядывали внутрь. Он тоже подошёл посмотреть.

В богатой карете сидели молодые женщины. Бархатные и атласные салопы на собольем и лисьем меху были измяты, испачканы, кое-где порваны. Головные уборы сбились, из-под платков выбивались непричёсанные волосы. Такую одежду Митаревский разглядел прежде, чем предложил сухарь.

Увидев, как его взяли, раздал остальное, что было в шинели. Затем сходил к своему мешку, набрал полный платок сухарей и вернулся. Теперь раздавал женщинам в других каретах и колясках. По его воспоминанию, они благодарили, поднимали глаза и складывали руки. Он решил, что они давно не ели.

Кто эти женщины, артиллерист не знал. Предполагал жён важных военных или приехавших из Франции искательниц приключений, но сам оставил вопрос открытым. Не помнил также дня и места остановки.

Пока исправляли мост, он успел сходить за добавкой. Дальнейшей судьбы женщин не записал. В рассказе остались открытые дверцы, испорченная дорогой меховая одежда и сухари — сперва из кармана, затем целый платок из собственного мешка.