# Дома уже знали, что Пущин не ранен

9 октября Павлу Пущину пришли письма из Петербурга. Дома уже знали, что при Бородине его не ранило. После сражения прошло тридцать два дня; капитан очень обрадовался почте.

При Бородине его гвардейская бригада стояла под огнём. Пущин записал тридцать пять выбывших из роты, не разделяя их на убитых и раненых. Сам остался невредим.

Затем были уход от Москвы и новые стоянки. Письма догоняли его: 30 сентября на дивизионном дежурстве, 1 октября в Спасском, куда Левин доставил послания сестёр.

Теперь из писем следовало, что дома получили весть о его целости. Когда и кто впервые сообщил это родным, дневник не объясняет. Тридцать два дня — время до получения этих писем Пущиным, а не доказанный срок тревоги семьи.

О войне в лагере говорили разное: сначала о мире после приезда Лористона, затем об угрозе французской атаки. В домашней почте было определённое известие: близкие знают, что при Бородине он не ранен.

Слов родных дневник не сохранил. Остались содержание вести и радость капитана: сообщение из армии дошло до дома, и теперь Пущин узнал об этом сам.