# У станции Аугстучен взорвали стрелки и потеряли брод

К четырём утра отряд вернулся к Шешупе и не смог найти брод, которым прошёл накануне. За ночь удалось добраться до станции Аугстучен, повредить её оборудование и уйти от немецких разъездов. Теперь корнет Ломакин и поручик Волошинов снова и снова входили в воду, пытаясь найти проход на свой берег.

Партию послали в неприятельский тыл перед выводом конницы генерала Рауха. Ей предстояло разведать и повредить узловую станцию узкоколейной дороги. По общему распоряжению каждый полк выделял офицера и пятнадцать добровольцев. Однако кирасирская часть отряда в рассказе названа иначе: Ломакин с восемью кирасирами и корнет Бурский с командой связи. Всей партией командовал конно-гренадерский ротмистр Скуратов.

Вышли до рассвета, собрались у Жвиргидждайце. По пути встретили корнета Рябинина, возвращавшегося из разведки, и получили от него сведения о местности впереди. Скуратов решил переждать день в лесной деревне Бурбишки, найти переправу и продолжить движение в сумерках. Навстречу попался разъезд пограничной стражи. Его унтер-офицер знал эти места ещё по мирной службе; пограничников присоединили к отряду. Вместе с ним Ломакин выбрал свободный от противника брод у кордона Купры.

Тяжёлые подрывные вьюки мешали двигаться по лесу. Их отправили назад, а заряды и принадлежности люди понесли на себе. Ломакин с кирасирами ещё раз проверил брод, и отряд перешёл реку. В темноте лошадей вели за повод: они спотыкались о корни. Впереди слышались колёса и автомобильный гудок. За опушкой проходили шоссе и железная дорога, вдоль дороги стояли наблюдательные вышки. Между повозками и велосипедными патрулями люди переходили небольшими группами.

К Аугстучену подошли около одиннадцати вечера. Ломакин и Волошинов проверили станцию. Затем отряд разбил телефонные и телеграфные аппараты, взорвал стрелки, поворотный круг и водопроводный кран. Дозорные сообщили о кавалерии со стороны Виллюнена и Шиленена — пора было уходить. У Ласдинелена люди спешились, подорвали несколько столбов и огнём отбили приближавшихся самокатчиков.

Через несколько часов они вышли к реке, но знакомого прохода не нашли. Поиски в воде не помогли. Собачий лай указал на жильё. Из хутора вывели местного немца и заставили показать другую переправу. К девяти утра отряд перешёл Шешупу у Киркилы. Перед Шаками преследовавшая его немецкая кавалерия наткнулась на сторожевое охранение иркутских гусар.

Даже после суточного отдыха возвращение не закончилось. В штабе сообщили, будто конница Рауха ушла на Россиены. Отряд направился к Средникской переправе и лишь там узнал, что сведения ошибочны. Кирасирские партии пошли к своим полкам. Люди вернулись; насколько надолго взрывы остановили работу станции, полковая история не сообщает.

### Источники

Г. А. Гоштовт. «Кирасиры Его Величества в Великую войну», Париж, [1938], глава 7, с. 156–160. [Веб-транскрипция](http://www.grwar.ru/library/Goshtovt-Kirasiry/CM_07.html). При редактуре прочитаны существующая глава и источниковые заметки; транскрипция и печатные страницы повторно не просматривались. Имена пограничного унтер-офицера и принуждённого проводника, как и дальнейшая судьба жителя, не установлены. Общее распоряжение о численности не подменяет отдельно названный состав кирасирской партии.

Точный день рейда не указан. Приказ о формировании стоит возле записи за 2 октября, возвращение — перед переходом бригады в другую армию 11 октября. Контекстный интервал 2–11 октября исходного календаря соответствует рабочим 15–24 октября нового стиля. Дата размещения выпуска 15 октября не является установленным днём взрыва. Продолжительность нарушения железнодорожного сообщения неизвестна.