# Союзники назначили своим армиям разные рубежи отхода Во второй половине дня 27 октября Конрад узнал, куда собирается отвести войска германский союзник. Рубежи оказались дальше к западу, чем он считал допустимым для общего фронта. По изложению официальной австрийской истории, нового германского замысла Конрад тогда ещё не знал и немедленно возразил против столь глубокого отхода 9-й армии. Утренний германский приказ вышел в девять часов. Правому крылу 9-й армии назначалась линия Андреев—Новорадомск, левому — заранее подготовленные позиции Новорадомск—Велюнь. За отходом стоял будущий манёвр: освободить армию от угрозы охвата, затем ударить с другого фронта по флангу русского продвижения. Возможность перенести удар на север, к Торну, ещё не считалась окончательно установленной, но с 28-го уже готовили отправку туда двух корпусов по железной дороге. День фактического отправления обоих корпусов эта запись не устанавливает. Конрад связывал предел отхода с положением армий в Галиции. Восстановленная линия до Хырова улучшала подвоз, и он всё ещё рассчитывал добиться результата юго-восточнее Перемышля. Для этого 4-я армия должна была оставаться на Сане, а 1-я — удержать северное прикрытие. Конрад считал приемлемым отход германских войск самое большее к линии Кельце—Видава. Своей 1-й армии он назначил Кельце—Опатув—устье Сана и потребовал готовиться к упорной обороне, ожидая, что союзник согласится. 28 октября Данкль предупредил главное командование: удержать девяностокилометровую линию имеющимися одиннадцатью с половиной дивизиями будет трудно. В его сообщении дивизии оценивались в лучшем случае по семь-восемь тысяч человек; положение с боеприпасами также названо крайне неблагоприятным. Так состояние войск оценивал Данкль; его сообщение передано в пересказе книги. Данкль предлагал уходить вместе с германской армией к району севернее Кракова. Конрад отказал: требовалось выиграть время, в том числе для пополнения запасов Перемышля. Вечером 28-го Фалькенхайн пригласил Конрада на совещание в Берлин утром 30-го. Конрад ответил, что напряжённая обстановка не позволяет даже ненадолго оставить Нойзандес. Вместо личного приезда он предложил направить письменное изложение через флигель-адъютанта. Одновременно телеграфом изложил свои расчёты и просьбу о крупном подкреплении с западного фронта. Численное превосходство противника в этой телеграмме остаётся расчётом его штаба. 29-го, около полудня, Конрад получил сведения о подготовке германской переброски к Торну. Вечером он уже выдал подготовительное распоряжение на отход к Дунаецу и Бяле, но попытку удержать общий фронт не прекратил. 30-го предложил оставить за левым крылом Данкля три германских корпуса для будущего контрудара. Гинденбург отверг этот вариант: его собственные войска также преследовали русские, в том числе через Лодзь, и он считал предложенный манёвр опасным для 9-й армии. Оставить для связи с союзником он обещал гвардейский резервный корпус. 31 октября из Берлина вернулся подполковник Кундман. Конрад узнал, что Фалькенхайн по-прежнему рассчитывает на решение во Фландрии и отказывается снимать крупные силы с запада ради немедленного восточного удара. Переговоры с Гинденбургом дали более узкий результат: помимо гвардейского резервного корпуса, тот согласился временно оставить между Кельце и Новорадомском также XX корпус. В семь часов вечера Конрад вновь велел 1-й армии обязательно держаться на линии Кельце—устье Сана. Так закончился описанный этап согласования. Общей неподвижной линии двух армий не возникло, большого подкрепления с запада Конрад не получил, но два германских корпуса на время сохраняли связь с его левым крылом. Конрад продолжал требовать удержания линии Кельце—устье Сана. Телеграммы и берлинское совещание здесь известны по послевоенному изложению. ### Источники Österreich-Ungarns letzter Krieg 1914–1918. Band I, 2. Auflage; австрийская официальная история, 1931 по титулу. печатные с. 489–497 / кадры511–519. [Источник](https://digi.landesbibliothek.at/viewer/image/AC03202139/4/). Послевоенная австрийская официальная история; даты по новому стилю. Оценки и сведения о противнике атрибутированы этому труду.