4 сентября 1941 года · переговоры Ставки и Ленинградского фронта
«Для нас это неожиданная и приятная новость», — отвечают Ворошилов и Жданов. Сталин сообщил им о двух авиадивизиях у Тихвина, находящихся в распоряжении Ленинградского фронта. Он утверждает, что дивизии не получают заданий. Командование фронта сначала принимает его слова за известие о новых силах. Через несколько реплик выясняется: участники разговора говорят о разных частях.
Переговоры идут по прямому проводу. Со стороны Ставки у аппарата Сталин и начальник Генерального штаба Шапошников; со стороны Ленинградского фронта — Ворошилов и Жданов. По просьбе Сталина они подтверждают, что рядом остаются только два телеграфиста. Сначала обсуждают замену начальника штаба, затем разговор переходит к авиации.
Сталин называет две дивизии: 39-ю и 2-ю. Он спрашивает, почему фронт не даёт им заданий. Ворошилов и Жданов отвечают рассказом о докладе, полученном в тот же день. Начальник штаба ВВС сообщил им, что Тихвинский аэродром маршал Кулик отвёл для особых целей, а фронтовым авиачастям велел оттуда уйти. Об авиадивизиях, предназначенных фронту, их, по их словам, никто не известил. Они обещают немедленно отдать распоряжения.
Сталин возражает: речь о старых дивизиях фронта. Уточняет и место: они стоят в районе Тихвина, а не в самом городе. Он утверждает, что части нашёл Кулик, и обвиняет фронтовое командование в незнании собственных сил. Теперь из Ленинграда следует другой ответ. О существовании дивизий там знают; задания им давали и дают. Использованию авиации, объясняют Ворошилов и Жданов, мешала нелётная погода последних двух дней, а Кулик потребовал перебазирования.
Разговор упирается в противоречие между первым и вторым ответами. Сталин требует определиться: дивизии стали приятной неожиданностью или были давно известны? После этого спрашивает о станции Мга. Командование фронта ещё раз возвращается к самолётам и наконец объясняет, откуда возникло недоразумение.
В Ленинграде ждали пять авиаполков из центра. По словам Ворошилова и Жданова, лётчики в тот день жаловались, что эти части до сих пор не прибыли. Поэтому сообщение о двух дивизиях они и приняли за известие о новых авиачастях. Они снова просят ускорить отправку ожидаемых полков: немецкая авиация, сообщают они, усилила удары по наземным войскам.
Ответ Ставки меняет смысл ожидания. Сталин заявляет, что новых авиаполков Ленинградскому фронту не предназначали, а всё назначенное он уже получил. Затем он спорит с объяснением про облачность. В качестве примера приводит «Илы», способные действовать на малой высоте, и сообщает об ударе авиации из района Тихвина южнее Мги по заданию Кулика.
Разговор заканчивается требованием добиться от командующего фронтовыми ВВС Новикова применения авиации при облачности. В Ленинграде просили ускорить подкрепление. Ставка направляла их к тем силам, которые считала уже переданными фронту.
Источники
«Русский архив: Великая Отечественная. Ставка ВГК. Документы и материалы. 1941 год». Запись переговоров по прямому проводу от 4 сентября 1941 года, документ № 226. ЦАМО, ф. 148а, оп. 3763, д. 78, л. 42–46. Копия сверена с телеграфной лентой. Сведения о заданиях авиации, погоде и налёте переданы как сообщения участников разговора.
