Двести раненых остались ждать повозок

9 сентября 1812 года французский авангард уже двигался к Можайску. Врач гвардии Д. де ла Флиз оставался у Бородинского поля. В его лазарете лежали двести раненых.

Армия могла продолжить марш по большой дороге. Лазарет не мог сдвинуться, пока не появятся фургоны и рессорные кареты. В воспоминаниях де ла Флиза ожидание транспорта занимает несколько строк. С 8 по 11 сентября врач перевязывал пациентов, навещал их ночью и готовил к переезду.

Рассказ врача начинается на следующий день после Бородинского сражения. Де ла Флиз писал, что врачи весь день ухаживали за ранеными. Среди пациентов были и русские.

Объясняться словами они не могли: по воспоминанию автора, ни врачи, ни раненые не понимали языка друг друга. Благодарность русских он описал через конкретный жест — они целовали врачам руки.

Работа была физически тяжёлой. Почти весь день врачи, стоя на коленях в грязи, перевязывали людей, лежавших на земле.

Д. де ла Флиз, «Поход Наполеона в Россию в 1812 году», издание 1912 года, с. 36. Рассказ о работе врачей 8 сентября и помощи русским раненым. Источник.

Ночью врач несколько раз навещал пациентов. 9 сентября, по его словам, удалось немного отдохнуть. Армия ещё оставалась у места сражения, однако авангард уже двинулся к Можайску.

В этот день де ла Флиз насчитал у себя двести раненых. Семьдесят пять из них были артиллеристами гвардии, пятнадцать — офицерами. Эти цифры относятся именно к его лазарету.

Врач и его товарищи весь день не покидали пациентов. Повозки, на которых их вывезут с поля, появятся только через два дня.

Д. де ла Флиз, «Поход Наполеона в Россию в 1812 году», издание 1912 года, с. 37. Записи о 9–11 сентября: двести пациентов, распоряжение Ларрея, погрузка, церковь и два новых раненых. Источник.

Движение армии и неподвижность лазарета происходили одновременно. Рапорт Мюрата от 9 сентября был отправлен уже из Можайска. Де ла Флиз в тот же день оставался западнее города с пациентами.

Мюрат писал о боях 4–5 сентября, предшествовавших Бородину. К 9 сентября командующий авангардом уже находился в Можайске. Лазарет де ла Флиза ещё ждал транспорта.

10 сентября, по рассказу врача, погода была ясной и армия выступила в поход. Из берёзовой рощи врачи видели, как по большой дороге тянулись многочисленные колонны.

Лазарет всё ещё оставался на месте. Его посетил барон Ларрей. Он объявил, что на следующий день раненых перевезут в Можайск, и велел готовиться.

Распоряжение поступило 10 сентября. До приезда транспорта оставалась ещё ночь.

К лазарету подъехали фургоны и рессорные кареты. В них стали укладывать раненых. Де ла Флиз отдельно отметил, что работа шла очень медленно.

После перевязок предстояла другая тяжёлая работа — перенести людей с земли в экипажи. В Можайске их пришлось бы переносить снова.

Когда погрузка закончилась, запрягли лошадей и двинулись по большой дороге. По рассказу врача, примерно через час они прибыли в Можайск.

Для лазарета отвели большую каменную церковь. На полу разложили привезённую солому. Перенести раненых из экипажей внутрь оказалось, по словам де ла Флиза, столь же трудно, как перед этим уложить их в повозки.

Пациентов из армейских частей разместили отдельно. В церкви остались гвардейцы. Названия церкви де ла Флиз не указал.

Как только врачи закончили размещать своих пациентов, де ла Флиз получил записку Ларрея. Нужно было принять ещё двух раненых польских офицеров.

Врач уложил их возле натопленной печи. Затем пациентам раздали хлеб и мясо, стали готовить суп. Только после того как в лазарете был наведён порядок, шестеро врачей смогли занять небольшой дом рядом с церковью.

Стол у врачей, по словам де ла Флиза, был общий с лазаретом. На следующий день через город продолжали проходить армейские корпуса. Его пациенты оставались в церкви.