Назначение есть. Где армия — неизвестно

Вернувшись с санитарной инспекции, Василий Кравков увидел телеграмму о собственном назначении. Его переводили заведовать санитарной частью 10-й армии. Но где находится эта армия, он не знал. Прежде чем добираться до нового штаба, врач собирался ехать в штаб главнокомандующего в Холм.

Запись В. П. Кравкова от 15 (28) сентября 1914 года. «Великая война без ретуши. Записки корпусного врача». М.: Вече, 2014, с. 54. Страница печатного издания дневника. Источник.

Так заканчивается опубликованная дневниковая запись за 15 сентября 1914 года — 28 сентября по новому стилю. День начинался с другой поездки.

Пользуясь дневкой штаба и частей корпуса, Кравков отправился осматривать 70-ю пехотную и 3-ю гренадерскую дивизии. До Стоберны от Жолыни, по его записи, было около 25 вёрст. Его сопровождали два казака.

Он ориентировался по десятивёрстной карте и расспрашивал крестьян о названиях деревень, направлении и расстояниях. В дневнике остались даже слова, которыми ему объясняли дорогу. По пути чередовались леса и открытая холмистая местность; к югу в дымке были видны Карпаты. С полудня пошёл дождь.

Кравков описывал тяжёлое положение с питанием: не хватало положенного количества хлеба, сухарей, крупы, соли и мяса. Он связывал это с неустроенностью тыла и опасался катастрофы, если положение затянется. Это оценка врача, записанная после инспекции, а не сводная ведомость снабжения всей армии.

Его тревожила и эвакуация. По его сообщению, полевой эвакуационной комиссии до сих пор не было; легкораненых отправляли далеко в тыл вместе с тяжелоранеными, без необходимого отбора. Пример лёгкого ранения в палец Кравков привёл сам. Числа эвакуированных в этой записи нет.

Кравков связывал провал эвакуации с милитаризацией военных врачей — превращением их в офицеров.

Когда Кравков вернулся в Жолыню, ему предъявили сообщение Главного военно-санитарного управления. По дневнику, телеграмма была послана ещё 28 августа, а назначение состоялось высочайшим приказом 17 августа. Обе августовские даты Кравков приводит по старому стилю.

Значит, запись за 15 сентября рассказывает о получении известия, а не о приказе, изданном в этот день. Почему сообщение оказалось перед ним только теперь, дневник здесь не объясняет.

Кравков предполагал, что 10-я армия, возможно, лишь формируется. Это его догадка в момент получения телеграммы. Местонахождения армии он не знал и сначала намеревался ехать в Холм за дальнейшими сведениями.

Новым назначением Кравков оставался доволен. Он надеялся меньше изматываться постоянными передвижениями, жить более оседло и уйти из штаба 25-го корпуса, отношения с которым описывал крайне неприязненно.

Особенно тяжело ему было ежедневно видеть человеческое горе, которому, как он чувствовал, не мог помочь. Поэтому радость от перевода в этой записи связана и с надеждой выйти из мучительной для него обстановки.

Пока это только надежда. Дневниковый день заканчивается полученным назначением и ещё не найденным новым штабом. Какими окажутся дорога и служба в другой армии, Кравкову ещё предстояло узнать.