Зарядный ящик провалился на мосту

Колено ещё болело, Митаревский прихрамывал. Но нога почти поправилась, и на этот раз он решил идти вместе с ротой. 17 октября по новому стилю приказали готовиться к выступлению против французов. Долгая стоянка заканчивалась.

Из лагеря выходили уверенно. По словам Митаревского, у Мюрата предполагали около сорока тысяч человек и не считали это серьёзным препятствием. Дела тяжелее Бородина не ожидали. Это было настроение его круга, с которым он запомнил начало похода. Для лошадей уложили фураж на лафеты; людям велели взять сухарей и приготовить говядину.

Вечером тронулись. VI корпус со своей артиллерией переходил речку по мосту справа от Тарутина. Митаревский считал мост плохо устроенным: пушки и ящики проходили с трудом. У него зарядный ящик провалился.

В этот момент подъехал Капцевич. Дивизионный генерал распёк офицера прямо на месте. Мемуарист оставил выговор одной короткой фразой; слова начальника и работу по освобождению ящика не описал. После недель с больной ногой возвращение к походной службе началось для него с затруднения, за которое пришлось отвечать перед генералом.

За мостом двигались уже с особой осторожностью. Велели соблюдать тишину и даже не высекать огонь для трубок. У своих передовых постов остановились возле леска справа. Лошадям дали корм, люди поели.

Пехота составила ружья в козлы и легла рядом, сохраняя походные колонны. Артиллеристы устроились как пришлось. Погода была хорошая, но холодноватая; к утру продрогли порядочно. После провала на мосту и генеральского выговора наступила долгая остановка в ожидании рассвета.

С первым светом и далёкими пушечными выстрелами рота поднялась. Митаревский построился с четырьмя орудиями при Московском полку. Впереди был бой, к которому шли так уверенно. Однако первая трудность уже осталась позади: ещё до встречи с неприятелем артиллерии пришлось с трудом провести через мост собственный транспорт.