В списке крестов рядом стояли номера и ранения

Напротив номера 50926 в ротном журнале стоит короткое слово: «убит». Это строка списка Георгиевских крестов. Дальше идут другие номера и другая отметка — «ранен». Запись о наградах сохранила и сведения о людях, которых при выдаче не было.

Четвёртая рота лейб-гвардии Преображенского полка внесла эту запись под 26 октября 1914 года — 8 ноября по новому стилю. Список занимает лист 28 и его оборот. Карандашный текст разобран лишь частично: номера и некоторые отметки читаются увереннее фамилий. Поэтому здесь пока можно назвать крест, но нельзя надёжно назвать каждого награждённого.

На обороте листа ранения отмечены возле номеров 50928, 50929, 50932 и 50934. Ниже та же помета стоит у 50938, 50939, 50941, 50942 и 50940. Порядок номеров сохранён по записи. Это отдельный участок ротного списка, а не ведомость всех наград или потерь Преображенского полка.

За каждой пометой осталось неизвестное продолжение. «Ранен» ничего не говорит о тяжести раны, месте лечения или возвращении в строй. Неясно и то, получили ли эти люди кресты позднее. Возле номера погибшего нет рассказа о передаче награды семье. Добавить такую сцену значило бы дописать за журнал то, чего прочитанный лист не сообщает.

О раздаче наград в том же полку рассказал знаменщик Матвей Пономарев. В его дневнике к молебну выносят знамя, затем раздают кресты и медали. Но у этой записи другая дата — 22 октября старого стиля, на четыре дня раньше ротной. Она помогает представить, какие действия мог отметить участник награждения, однако не даёт права перенести знамя и молебен в событие 26 октября. Место, состав присутствовавших и соотношение двух записей ещё не сверены.

Ротный список заканчивается для читателя раньше, чем истории перечисленных в нём людей. Мы видим номера наград, читаем отметки о ранениях и гибели, но пока не можем уверенно связать их с именами. Сохранённые номера оставляют возможность продолжить поиск: вернуть каждой такой строке человека, не подбирая ему биографию по догадке.