Кого велели вывезти из госпиталей

Сорок пять дней на вывоз раненых — этот срок Наполеон принять не захотел. В письме Бертье из Москвы 5 октября он рассуждал с жестокой деловитостью: за такое время часть людей и без перевозки выздоровеет, часть умрёт. На следующий день потребовал, чтобы через восемь дней в Рузе, Можайске, Гжатске и монастырском госпитале не осталось ни одного раненого.

Между двумя сроками лежала дорога, которую многие сами пройти не могли. Одни поправлялись и, как рассчитывал император, вскоре ушли бы на своих ногах. Другим требовались ещё два или три месяца лечения, но перевозку они могли выдержать. Ампутированные нуждались в повозках. А тех, о ком хирурги отзывались без надежды, Наполеон в первом письме разрешал оставить: дорога лишь ухудшила бы их состояние.

Транспорт был нужен и армии. В Москве, писал император, у него всего восемьсот–девятьсот повозок; отправлять этот запас в тыл он не намерен. Для госпиталей разрешалось задерживать транспорт, приходивший из Смоленска, и собирать местные повозки. Четыре корпуса должны были дать ещё двести: первый и четвёртый по шестьдесят, третий и восьмой по сорок.

Повозкам предстояло сначала довезти помощь до самих госпиталей. От первого и третьего корпусов их велели отправить на следующий день и через день, нагрузив мукой, водкой, вином и лекарствами. Генерал Орнано должен был дать конвой. Обратное движение людей предписывалось начинать с офицеров.

6 октября путь разделили между двумя начальниками. Жюно, герцог д’Абрантес, отвечал за вывоз к Вязьме; Барагэ д’Илье — за дальнейшую перевозку в Смоленск. В окрестностях приказали собирать телеги. Военные транспорты, гружённые одной мукой, тоже можно было использовать: муку отдать госпиталям и этапам, на освободившихся повозках везти раненых до Вязьмы. Затем эти повозки должны были вернуться пустыми в Москву.

Чтобы распоряжаться перевозкой, требовалось узнать, кто лежит в госпиталях. В другом письме того же дня Бертье получил приказ отправить адъютанта в Можайск. Вместе с Жюно, местным распорядителем и старшим по чину медиком ему предстояло осмотреть госпитали города, монастыря и окрестностей, затем проделать то же в Рузе.

Список требовался поимённый, по корпусам, с разделением офицеров и солдат. В одну группу записывали тех, кто мог идти или поправиться за пятнадцать дней; во вторую — нуждавшихся в двух–трёх месяцах лечения; в третью — ампутированных, негодных к службе, и умиравших от ран. Если работа затянется, адъютант должен был ежедневно посылать сведения с эстафетой. Наполеон хотел знать и возможную цену оставления госпиталей, если к этому вынудят военные действия.

Восемь дней были назначены. За это время нужно было осмотреть людей, составить списки, найти повозки, доставить припасы и начать перевозку. Письма доводят нас до приказа о дороге. Кто дождался места на телеге и сумел уехать, они ещё не говорят.